Я должна была его ненавидеть. Ведь Максим купил меня как вещь, поставил жесткие условия, от которых сжималось сердце. Но его пальцы на моей коже, его шепот: «Моя девочка», — и внутри вспыхнуло постыдное обжигающее желание. Он обещал, что сделка продлится...
всего две недели. Разве я могла знать, что за это время он заберет не только мое тело, но и душу. И что его истинная власть надо мной начнется гораздо позже...
Я должна была его ненавидеть. Ведь Максим купил меня как вещь, поставил жесткие условия, от которых сжималось сердце. Но его пальцы на моей коже, его шепот: «Моя девочка», — и внутри вспыхнуло постыдное обжигающее желание. Он обещал, что сделка продлится всего две недели. Разве я могла знать, что за это время он заберет не только мое тело, но и душу. И что его истинная власть надо мной начнется гораздо позже...