Боги жаждут

Действие романа "Боги жаждут" разворачивается в разгар Великой французской революции. Молодой идеалист Эварист Гамлен с пылом поддерживает идеалы Дантона, Робеспьера и Марата. Когда ему предлагают место присяжного революционного трибунала, Эварист усердно берется за борьбу с врагами республики, с одинаковой безжалостностью... отправляя на эшафот как аристократов и финансистов, так и грузчиков и служанок. Ведь когда маховик террора запущен, боги вечно жаждут новой крови, и гильотина не может простаивать ни дня.

1. «Боги жаждут» — знаковое произведение французской литературы от автора, удостоенного Нобелевской премии. Анатоль Франс — мастер психологической прозы, умеющий сочетать историческую точность с глубокими размышлениями переживаниями героев.
2. Роман погружает в атмосферу Великой французской революции (1793–1794 гг.), показывая, как идеализм превращается в фанатизм, а борьба за свободу — в механизм подавления. Автор исследует человеческую природу и поведение в экстремальных условиях.
3. «Боги жаждут» — книга, актуальная на все времена. Она поднимает вопрос цены идей и демонстрирует, как благородные лозунги становятся оправданием насилия, а революционный энтузиазм — слепой яростью.

Автор: Анатоль Франс

Издательство: АСТ

Серия: Эксклюзивная классика

Возрастные ограничения: 16+

Год издания: 2026

ISBN: 9785171818142

Кол-во страниц: 320

Размер: 180х115х24 мм

Тип обложки: мягкая

Вес: 198 г

ID: 1733027

1. «Боги жаждут» — знаковое произведение французской литературы от автора, удостоенного Нобелевской премии. Анатоль Франс — мастер психологической прозы, умеющий сочетать историческую точность с глубокими размышлениями переживаниями героев.
2. Роман погружает в атмосферу Великой французской революции (1793–1794 гг.), показывая, как идеализм превращается в фанатизм, а борьба за свободу — в механизм подавления. Автор исследует человеческую природу и поведение в экстремальных условиях.
3. «Боги жаждут» — книга, актуальная на все времена. Она поднимает вопрос цены идей и демонстрирует, как благородные лозунги становятся оправданием насилия, а революционный энтузиазм — слепой яростью.