Записки у изголовья

Грустные и веселые бытовые сценки придворной жизни. Великосветские анекдоты порою весьма ядовитые. Картины природы. Философские размышления. Прозрачный, хрустальный язык. Острый и язвительный ум рассказчика. Незаурядная наблюдательность... Записки у изголовья, признанные еще при жизни автора безоговорочным шедевром и ставшие своеобразным бестселлером разумеется, в очень узком придворном кругу, но иного в Японии эпохи Хэйан не было — тотально неграмотен был не только народ, но и зарождавшаяся самурайская знать, положили начало уникальному литературному жанру дзуйхицу, более или менее удачно переводимому как эссе, но в точности эссе не являющемуся. В действительности дзуйхицу — просто не скованные никакими рамками записи обо всем и ни о чем. Чистое искусство в прямо-таки дистиллированном виде, красота ради красоты, не пытающаяся спастись за перипетиями сюжета и ценимая за то, чем, собственно, и является, — абсолютное совершенство стиля, которым проза Сэй-Сёнагон выделяется даже на фоне богатейшей плеяды талантливых стилистов средневековой японской литературы.