Цикл лекций о знаменитом романе Сервантеса «Дон Кихот», прочитанный крупнейшим русско-американским писателем ХХ века Владимиром Набоковым в Гарвардском университете в 1952 году и изданный посмертно отдельной книгой в 1983-м, дополняет его известные лекционные курсы по русской и зарубежной литературе для...
студентов колледжа Уэлсли и Корнеллского университета. Проницательный, дотошный и вызывающе необъективный исследователь, всегда с удовольствием оспаривавший общепринятые мнения и избитые истины, Набоков виртуозно ниспровергает (и вместе с тем убедительно подтверждает) культурную репутацию Дон Кихота – «рыцаря печального образа», сложившуюся за четыре с половиной столетия. В его трактовке произведение Сервантеса – это «грубая старая книжка», полная «безжалостной испанской жестокости», а ее заглавный герой – не только жертва издевок и унижений со стороны враждебного мира, но и мишень для скрытой читательской насмешки. При этом, по мысли Набокова, в восприятии последующих поколений Дон Кихот перерос роль жалкого, беспомощного шута, изначально отведенную ему автором, и стал символом возвышенного и святого безумия, олицетворением благородного одиночества, бескорыстной доблести и истинного гуманизма, сама же книга превратилась в «благонравный и причудливый миф» о соотношении видимости и реальности.
Цикл лекций о знаменитом романе Сервантеса «Дон Кихот», прочитанный крупнейшим русско-американским писателем ХХ века Владимиром Набоковым в Гарвардском университете в 1952 году и изданный посмертно отдельной книгой в 1983-м, дополняет его известные лекционные курсы по русской и зарубежной литературе для студентов колледжа Уэлсли и Корнеллского университета. Проницательный, дотошный и вызывающе необъективный исследователь, всегда с удовольствием оспаривавший общепринятые мнения и избитые истины, Набоков виртуозно ниспровергает (и вместе с тем убедительно подтверждает) культурную репутацию Дон Кихота – «рыцаря печального образа», сложившуюся за четыре с половиной столетия. В его трактовке произведение Сервантеса – это «грубая старая книжка», полная «безжалостной испанской жестокости», а ее заглавный герой – не только жертва издевок и унижений со стороны враждебного мира, но и мишень для скрытой читательской насмешки. При этом, по мысли Набокова, в восприятии последующих поколений Дон Кихот перерос роль жалкого, беспомощного шута, изначально отведенную ему автором, и стал символом возвышенного и святого безумия, олицетворением благородного одиночества, бескорыстной доблести и истинного гуманизма, сама же книга превратилась в «благонравный и причудливый миф» о соотношении видимости и реальности.
Bądź pierwszym, który dowie się o naszych aktualnych rabatach, ofertach i nowych produktach!
Check icon
Dodano do koszyka
Check icon
Dodałeś do ulubionych
Wyprzedane
Produkt jest obecnie niedostępny na magazynie.
Dostępny
Produkt dostępny na magazynie. Dokładny termin dostawy otrzymasz od operatora po potwierdzeniu zamówienia.
Na zamówienie
Produkt dostarczany jest bezpośrednio od wydawnictwa. Realizacja zamówienia trwa do 14 dni, dokładny termin dostawy otrzymasz od operatora po potwierdzeniu zamówienia.